Первый кассационный суд общей юрисдикции оставил в силе
приговор бывшему нотариусу Воронежской области Елене Подобедовой, признанной виновной в надругательстве над телом умершего супруга. Женщина вместе со знакомым извлекла останки мужа из могилы и сожгла их на пустыре, объясняя свои действия желанием исполнить последнюю волю покойного. Суд назначил ей два года пять месяцев колонии-поселения, однако отбывание наказания отсрочено до достижения её ребёнком 14-летнего возраста. Кроме того, осуждённая должна выплатить родителям умершего миллион рублей в качестве компенсации морального вреда. Об очередном решении по резонансному уголовному делу стало известно 30 октября 2026 года.
Дело Елены Подобедовой, которая на момент произошедших событий занималась нотариальной деятельностью в Воронежской области, рассматривается судами уже несколько лет. За это время приговор успели вынести, отменить из-за процессуальных нарушений и принять повторно. Защита до последнего
настаивала на отсутствии состава преступления, поскольку, по её версии, вдова действовала не из желания надругаться над телом супруга, а исключительно ради исполнения его прижизненного пожелания о кремации. Однако
кассационная инстанция признала доводы адвоката несостоятельными и не нашла оснований для пересмотра ранее принятых судебных решений.
Как началась история с эксгумацией тела
События, ставшие основанием для уголовного преследования, произошли в августе 2021 года. Супруг Елены Подобедовой Максим Фоменко, сын бывшего депутата Воронежской областной думы Олега Фоменко, умер и был похоронен на Коминтерновском кладбище Воронежа. Впоследствии Подобедова утверждала, что муж при жизни неоднократно говорил о желании быть кремированным, однако его родственники приняли решение о традиционном захоронении. По установленным судом обстоятельствам, женщина договорилась со своим знакомым Сергеем Полищуком извлечь тело из могилы, чтобы самостоятельно осуществить сожжение останков.
Подобедова и Полищук вскрыли захоронение, извлекли тело умершего и перевезли его на безлюдный участок местности в Семилукском районе Воронежской области. Там останки обложили горючими материалами и сожгли. Позднее отец покойного заметил следы вмешательства в захоронение и добился проверки могилы, в результате которой выяснилось, что тело его сына отсутствует. В материалах уголовного дела также фигурируют показания родственников, которым Подобедова рассказывала о произошедшем, и видеозапись горящего костра, сопровождавшаяся её прощальными словами в адрес супруга. Эти и другие доказательства впоследствии исследовались судом при установлении обстоятельств преступления.
О необычном уголовном деле мы
писали ранее ещё 4 октября 2021 года, когда Коминтерновский районный суд Воронежа определял меры пресечения фигурантам. В отношении Подобедовой тогда избрали домашний арест, а её знакомого заключили под стражу. Уже на первоначальном этапе расследования женщина не признавала себя виновной в надругательстве над телом умершего и утверждала, что действия были связаны исключительно с желанием выполнить просьбу мужа о кремации. При этом сам факт самостоятельного извлечения останков из могилы и их последующего сожжения стал центральным обстоятельством уголовного дела.
Несколько лет судебных разбирательств
Рассмотрение дела неоднократно сопровождалось процессуальными сложностями. В апреле 2023 года Семилукский районный суд возвратил материалы в прокуратуру из-за нарушений при составлении обвинительного заключения. Тогда же стало известно, что адвокат Виталий Бородин, ранее представлявший интересы Подобедовой на стадии расследования, отказался от дальнейшего участия в судебных разбирательствах. Об этих обстоятельствах редакция подробно рассказывала в
публикации от 27 апреля 2023 года. В дальнейшем производство продолжилось, а материалы в отношении двух участников событий рассматривались отдельно.
В 2024 году дополнительный резонанс вызвали сообщения о намерении Подобедовой заключить контракт с Министерством обороны и отправиться в зону специальной военной операции. На этом основании производство по её делу на определённом этапе приостанавливалось. Однако впоследствии женщина перестала являться в суд, а в декабре 2024 года её объявили в федеральный розыск. После установления местонахождения Подобедовой разбирательство возобновилось, и 29 января 2025 года Семилукский районный суд признал её виновной по пункту «а» части 2 статьи 244 УК РФ, назначив два года шесть месяцев колонии-поселения и удовлетворив требования родственников о компенсации морального вреда на общую сумму один миллион рублей.
Тем не менее первый приговор не устоял в апелляции. В мае 2025 года Воронежский областной суд отменил его в связи с процессуальными нарушениями и направил уголовное дело на новое рассмотрение. При этом Подобедова некоторое время продолжала находиться под стражей. В июле того же года Семилукский районный суд вновь признал её виновной, назначив наказание в виде двух лет пяти месяцев колонии-поселения. Одновременно суд применил статью 82 УК РФ и предоставил отсрочку отбывания наказания до достижения ребёнком осуждённой четырнадцатилетнего возраста. Назначенная компенсация морального вреда в размере одного миллиона рублей также сохранилась.
Отдельное производство велось в отношении Сергея Полищука, участвовавшего в извлечении и сожжении останков. Первоначально его приговорили к двум годам шести месяцам колонии-поселения, однако впоследствии апелляционная инстанция смягчила наказание, заменив лишение свободы принудительными работами. В ходе рассмотрения дела Полищук признал свою вину и выразил сожаление о произошедшем. Родственники Максима Фоменко, со своей стороны, последовательно добивались привлечения участников эксгумации к уголовной ответственности и компенсации причинённого им морального вреда.
Почему кассационный суд не принял доводы защиты
Обращаясь в Первый кассационный суд общей юрисдикции, адвокат Подобедовой просил отменить обвинительный приговор и последующее апелляционное решение, а уголовное дело прекратить за отсутствием состава преступления. Основным аргументом оставалось утверждение о том, что женщина стремилась исполнить волю умершего супруга, желавшего кремации. По мнению защиты, её действия не были направлены на оскорбление памяти покойного или надругательство над его останками, а потому не должны были квалифицироваться по статье 244 Уголовного кодекса.
Кассационная инстанция с такой позицией не согласилась. Суд указал, что вина Подобедовой подтверждается исследованными доказательствами, а уголовно-правовая квалификация её действий соответствует установленным обстоятельствам. Принципиальное значение имел именно способ обращения с телом умершего: ранее погребённые останки были извлечены из захоронения, перевезены в безлюдное место и сожжены вне предусмотренной законом процедуры погребения. По оценке суда, такие действия образуют надругательство над телом умершего независимо от объяснений осуждённой относительно предполагаемой последней воли её супруга. В результате кассационная жалоба осталась без удовлетворения, а принятые ранее судебные решения — без изменения.
Российское законодательство действительно предусматривает возможность прижизненного волеизъявления человека относительно способа его погребения. Согласно
статье 5 Федерального закона № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», гражданин вправе выразить желание быть кремированным, причём такое волеизъявление может быть оформлено письменно либо высказано устно в присутствии свидетелей. Закон также определяет круг лиц, имеющих право исполнять волю умершего. Однако наличие такого права не освобождает от соблюдения установленного порядка обращения с телом и останками человека. Именно разграничение законной кремации и самостоятельного сожжения уже захороненного тела стало одним из ключевых вопросов в деле Подобедовой.
Почему осуждённая пока не отправится в колонию
Несмотря на подтверждение обвинительного приговора, немедленно отбывать назначенное наказание Подобедова не должна. Основанием для отсрочки стала
часть 1 статьи 82 УК РФ, допускающая перенос исполнения наказания для женщины, имеющей ребёнка в возрасте до четырнадцати лет, при соблюдении предусмотренных законом условий. Эта мера не означает отмены приговора или признания осуждённой невиновной. До окончания отсрочки её поведение и выполнение родительских обязанностей подлежат контролю, а при определённых нарушениях суд вправе отменить предоставленную отсрочку.
При достижении ребёнком четырнадцатилетнего возраста вопрос о дальнейшей судьбе наказания также решается в установленном законом порядке. Суд может освободить осуждённую от его отбывания либо заменить оставшуюся часть более мягким видом наказания. Кроме того, при наличии предусмотренных статьёй 82 УК РФ оснований вопрос об освобождении может быть рассмотрен и раньше. Таким образом, сохранение приговора кассационной инстанцией не означает, что Подобедова обязательно окажется в колонии по окончании срока отсрочки, однако уголовная ответственность за совершённые действия с неё не снята.
